Алексей Кузнецов 
Всемирная метеорологическая организация (ВМО) и Международное агентство по возобновляемым источникам энергии (IRENA) представили совместный отчет, посвященный влиянию климата на энергетические ресурсы в 2024 году. Документ подчеркивает, что прошедший год стал самым теплым за всю историю наблюдений, что оказало существенное воздействие на структуру спроса и предложения электроэнергии. Особое внимание эксперты уделили гидроэнергетике, которая, оставаясь основой возобновляемой генерации во многих регионах, продемонстрировала высокую уязвимость к изменениям погодных условий и гидрологического режима.
Согласно данным отчета, глобальный потенциал выработки гидроэлектроэнергии в 2024 году показал восстановление. Индикатор, основанный на анализе осадков и установленных мощностей, вырос на 1,6% по сравнению с климатической нормой 1991–2020 годов. Это стало позитивным сдвигом после падения на 5,2%, зафиксированного в 2023 году. Однако усредненные глобальные цифры скрывают резкие региональные диспропорции, вызванные явлением Эль-Ниньо и общей климатической изменчивостью. В то время как одни страны столкнулись с избытком водных ресурсов, другие переживали критические засухи, ставящие под угрозу энергетическую безопасность.
Наиболее значительный рост потенциала гидрогенерации был зафиксирован в Центральной Азии. Страны региона, такие как Казахстан, Узбекистан и Таджикистан, показали увеличение показателей на 20–30% относительно многолетних значений. Положительные аномалии, превышающие 40%, наблюдались в Европе, США, Мексике и на западе Южной Америки. Отдельно в отчете отмечается Танзания, где ввод в эксплуатацию гидроэлектростанции Julius Nyerere способствовал существенному росту национальных показателей выработки. В Уругвае, где гидроэнергетика обеспечивает около 40% потребностей в электричестве, также зафиксирован прирост ресурсов на 20–30%.
Зеркальная ситуация наблюдалась в Южной Африке, где засуха, усугубленная Эль-Ниньо, привела к критическому снижению выработки. В Замбии, чья энергосистема сильно зависит от ГЭС, падение потенциала превысило 40%. По оценкам экспертов, такой дефицит эквивалентен годовому потреблению электроэнергии примерно 1,2 миллиона домохозяйств. Схожие проблемы испытали Мозамбик, Зимбабве и Намибия. В Южной Америке негативные тенденции затронули восток континента, в частности Бразилию, где гидрологические показатели оставались ниже нормы третий год подряд.
Климатические факторы в 2024 году повлияли не только на предложение, но и на спрос. Рекордные температуры привели к росту глобального потребления электроэнергии на 4% выше среднего многолетнего уровня, что в основном связано с активным использованием систем кондиционирования. В наиболее жарких регионах, таких как Западная и Центральная Африка, а также Юго-Восточная Азия, спрос превышал норму более чем на 20%. Это создало дополнительную нагрузку на энергосистемы, особенно в тех странах, где снижение выработки на ГЭС совпало с пиками потребления.
Несмотря на активное развитие солнечной и ветровой энергетики, установленная мощность которых выросла на 32% и 11,4% соответственно, гидроэнергетика показала скромный рост мощностей — всего чуть более 1% до 1425 ГВт. Тем не менее она продолжает играть стабилизирующую роль в энергосистемах. Отчет ВМО и IRENA подчеркивает необходимость интеграции сезонных климатических прогнозов в управление водными ресурсами. Например, модели ECMWF успешно предсказали дефицит осадков в Южной Африке и их избыток в Восточной Африке в июле 2024 года, что подтверждает возможность использования таких данных для раннего предупреждения и планирования работы водохранилищ.
Эксперты заключают, что для повышения устойчивости энергосистем странам необходимо диверсифицировать источники энергии и модернизировать инфраструктуру с учетом климатических рисков. Колебания водности рек становятся новой нормой, требующей от операторов сетей и правительств более гибких подходов к управлению энергетикой, чтобы избежать дефицита ресурсов в периоды экстремальных погодных явлений.
